его недалеко от села Орлецкова».
Это было последнее известие о Якове. Самое последнее, и больше никто не писал о нем. Прошел год... потом еще полгода. И вот Виктор Ильич. Вспомнилось, как он открыл дверь, улыбнулся, подал руку. Быстрым взглядом окинул комнату, — никого нет, кроме их двоих. Он обнял ее, поцеловал... И снова Елена перечитала написанное ею письмо и, поставив в конце две маленькие буквочки «лл», что означало «Люблю Лена», и положив в конверт, отнесла к письмоносцу.
Ермаков приехал только на другой день. Елена, открыв дверь, удивилась: лето, а он в тяжелых сапогах, кожаной тужурке, с чемоданом.